Структурно-организационные формы реализации дополнительного образования детей

Юнак Виктор Васильевич,
канд. филологических наук,
главный редактор журнала «Дополнительное образование и воспитание
 
Помните, при Ельцине был такой премьер-министр Виктор Степанович Черномырдин? Так вот, одним из самых любимых, я считаю, его хобби было – сыпать перлами направо и налево. И один из таких его перлов применим и весьма, к сожалению, актуален в нашем с вами случае: «Хотели, как лучше, а получилось, как всегда!» И ничего здесь не поделаешь – страна у нас такая.
Действительно, в последнее время весьма много сделано для системы дополнительного образования детей. Это и майские указы 1912 года, это и новый Федеральный закон № 273-ФЗ «Об образовании в РФ», где впервые прописана целая глава о дополнительном образовании, что, можно сказать, официально утвердило это название. Это и Концепция развития дополнительного образования детей (Распоряжение Правительства РФ от 4 сентября 2014 г. № 1726-р). И Государственная программа РФ «Развитие образования на 2013-2020 годы» (Постановление Правительства РФ от 15.04.2014 года № 295). Это и Федеральная целевая программа развития образования на 2016-2020 годы (Постановление Правительства РФ от 23.05.2015 N 497). И Стратегия инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 года (Распоряжение Правительства РФ от 8.12.2011 года № 2227-р)
В них особенно подчеркиваются приоритетные направления развития дополнительного образования в части обеспечения доступности дополнительного образования, расширения спектра дополнительных общеобразовательных программ, развитие системы управления качеством реализации дополнительных общеобразовательных программ, совершенствования финансово-экономических механизмов развития дополнительного образования.
Сюда же следует добавить и ФГОС начального общего образования, где говорится о внеурочной деятельности, получившей таким образом статус «образовательной деятельности» и ставшей необходимым компонентом получения образования. С введением данного ФГОС значительно возрастает в школе роль дополнительного образования, которое становится сферой социального партнерства. 
И, наконец, совсем свежая новость – буквально месяц с небольшим назад, 8 сентября  Минсоцзащиты подписал, а 24 сентября Минюст утвердил профессиональный стандарт педагога дополнительного образования, который начнет действовать с 1 января 2017 г. 
Это, что касается «хотели как лучше». А теперь что мы имеем на самом деле.
На настоящий момент сохраняется ряд проблем и противоречий, которые не позволяют в полной мере обеспечить реализацию приоритетных направлений развития дополнительного образования. В действующих нормативно-правовых документах недостаточно прописаны механизмы проектирования дополнительных общеразвивающих программ и сроков их реализации, остаются неопределенными способы упрощения требований к лицензированию образовательной деятельности в части реализации дополнительных общеобразовательных программ, отсутствует детализация механизмов обеспечения равных условий доступа к финансированию организаций, реализующих деятельность в сфере дополнительного образования. Не ясны требования, предъявляемые к организациям, осуществляющим деятельность в сфере методической подготовки руководителей и педагогов дополнительного образования. В связи с этим сохраняются риски формальной и даже имитационной деятельности по реализации требований законодательства, направленных на развитие дополнительного образования как условия удовлетворения образовательных потребностей человека.
Более того, немало вопросов накопилось и к программе оптимизации учреждений образования, в частности, учреждений дополнительного образования, работающей с 2011 года. Причем, это касается не только учреждений, подведомственных Минобрнауки, но и Минкультуры, и Минспорта.
Так, по результатам мониторинга, проведенного Общественной палатой РФ, в стране в период с 2015 по 2018 год запланирована ликвидация 216 центров дополнительного образования, с 2011 года из этой сферы ушел 41% преподавателей. Наверное, не стоит говорить в этой аудитории о том, что сокращение подобных учреждений может привести к уничтожению уникальных методик и программ воспитания школьников. А, помимо этого, сокращение финансирования на содержание учреждений допобразования в стране ведет к сокращению индивидуальных программ для одаренных детей и закрытию ряда серьезных направлений профильной или специализированной направленности. И процесс сокращения числа учреждений дополнительного образования идет не сам по себе, а связан с проводимой Минобрнауки России оптимизацией образовательных учреждений. Напомню, оптимизация учреждений, финансируемых из бюджета (в том числе образовательных), проводится в России с 2011 года. Тогда вступил в силу закон, целью которого являлось изменение правового положения таких учреждений путем создания на их основе казенных, бюджетных и автономных учреждений (Федеральный закон от 8 мая 2010 г. № 83-ФЗ). Впрочем, справедливости ради, нужно отметить, что здесь палка, как говорится о двух концах: с одной стороны, мы видим обоснованное беспокойство преподавательского состава из-за возникшей неопределенности. Но, с другой стороны, есть и хорошие примеры, когда кадровые потенциалы образовательных учреждений объединяются и создаются мощные образовательные кластеры.
Хочу отметить, что главная цель этих действий и конкретных мероприятий — поднятие заработной платы в отрасли. Проводятся реорганизации учреждений, в ходе которых учреждения объединяются, укрупняются подразделения внутри учреждений.
Вот только есть мнение в педагогической среде, что от подобных укрупнений выигрывают одни лишь базовые (основные) учреждения образования – туда переводятся лучшие кадры объединенных учреждений, лучшие ученики, соответственно, и финансирование подобных образовательных комплексов будет идти, в первую очередь, на базовое учреждение, которое, чего греха таить, до объединения не всегда могло быть лучшим по тем или иным показателям. 
Впрочем, к счастью, на местах стали уже более осмотрительно решать вопросы объединения. В качестве примера приведу ситуацию в Омске. Несколько лет назад там было принято решение об объединении школ развития лыжного спорта и биатлона. Вроде бы родственные виды спорта, однако же, в биатлоне, как вам известно, помимо лыжни, необходимо еще и стрельбище. Так вот руководство объединенной спортшколы посчитало лишней обузой это самое стрельбище (дорогое ведь удовольствие, правда?) и избавилось от него. Таким образом, дети фактически были лишены возможности заниматься биатлоном. И вот теперь, учтя этот печальный опыт, депутаты, члены профильного комитета горсовета Омска не спешат соединять коня и трепетную лань, когда им представили проект  возможного объединении ДЮСШ № 1, занимающейся подготовкой гимнастов, и школы развития спортивных и боевых искусств и наоборот.
Как пояснила депутатам глава городского департамента образования, эти учреждения не являются школами олимпийского резерва и относятся к учреждениям дополнительного образования детей. Предлагаемая реорганизация предполагает слияние материальной базы и сокращение двух должностей — одного руководителя и одного главбуха, вместо которых можно будет учредить две дополнительные ставки для тренерского состава. Однако депутаты встретили это предложение скептически, не увидев в объединении никакой цели кроме экономической, хотя и финансовый эффект от сокращения двух ставок показался достаточно сомнительным. Депутаты совершенно здраво рассудили, что гимнасты в любом случае не смогут использовать для своих профильных занятий залы, предназначенные для борьбы.
К сожалению, далеко не все депутаты далеко не всех горсоветов относятся к подобным вопросам так же вдумчиво. 
Приведу пример города Москвы.  
Если еще в прошлом году в столице насчитывалось 147 учреждений дополнительного образования детей, числившихся по Департаменту образования, то ныне их осталось всего лишь 43. А речь идет, между прочим, о 12-миллионном мегаполисе, раскинувшемся на огромной площади, а чтобы с юга на север или с востока на запад пересечь столицу даже на метро (т.е. без пробок), иной раз требуется больше часа. Соответственно, многие учреждения допобразования лишатся обучающихся по тойт причине, что родителям (бабушкам/дедушкам) далеко возить ребенка. Вы уже, наверное, даже по этим цифрам прочувствовали все прелести московской оптимизации. Но это еще цветочки. А вот и ягодки.  
Мы с вами живем в удивительной стране, привыкшей брать под козырек любую указивку сверху, даже в том случае, если она (указивка) не совсем продумана или даже совсем нереальна. Все вы знаете о поставленной цели охвата дополнительным образованием 75 % детей. Так вот, чтобы выйти из положения, когда сокращены более ста учреждений допобразования (ведь озвученные проценты никто же не отменял), к оставшимся 43 учреждениям приписал от 4 до 6 тысяч обучающихся, при этом закрыв глаза на то, что в иных учреждениях по СанПиНу больше одной тысячи не положено.  И что для этого делается? У педагога, к примеру, всего 10 обучающихся, а он составляет отчетность на 50. Но что ему прикажете делать? Что он получит за своих десять детей? Все упирается в финансирование, куда в том числе входит и зарплата самого педагога.
Чтобы закрыть вопрос об этих злосчастных 75%, добавлю, что в некоторых регионах уже рапортуют, что дополнительным образованием охвачено чуть ли не 84% детей. А это, как вы понимаете, скорее всего, приписки, чреватые лишними тратами из бюджета, т.е. расходы на несуществующих обучающихся («потёмкинские деревни» дополнительного образования детей). Ведь дополнительное образование тем и отличается от основного, что оно всегда было исключительно добровольным и, даже более того, здесь дети всегда голосовали ногами: если ребенку не понравился кружок или педагог, он туда больше ни за что не пойдет. Убивая добровольность выбора, заменяя педагога допобразования на учителя или место – вместо дворца творчества – все та же надоевшая за время дневных занятий школа, или вводя платное обучение – мы лишаем допобразование той ауры, которая копилась в этой системе десятилетиями. Разве может, к примеру, даже самое современное, со всеми прибамбасами школьное здание заменить юным натуралистам счастье посадить собственными руками какое-нибудь растение, ухаживать за каким-нибудь животным не в клетке, а в вольере станции юннатов?
Вернусь, однако, к столичным делам. 
Реформа системы дополнительного образования в Москве вошла в активную фазу в августе прошлого, 2014-го, года, и к апрелю 2015-го педагоги почувствовали ее результаты сполна. Объединение профильных учреждений дополнительного образования (музыкальных школ, станций детского и юношеского туризма, дворцов технического творчества и т.д.) со школами и детсадами педагоги называют попыткой скрестить бульдога с носорогом. Директора образовательных комплексов не знают специфики дополнительного образования и воспринимают его как нечто второстепенное. Процесс объединения еще не завершен, но педагоги вопиют: верните нам самостоятельность, дайте нам спокойно работать — методики и опыт копились годами, и разрушать сложившуюся систему — преступление.
Одна из основных претензий как педагогов дополнительного образования, так и управленцев из этой сферы — изменения в системе финансирования, которые проистекают из новой образовательной политики — превращения образования в «услугу». В декабре 2014 года Департамент образования Москвы выпустил Приказ Департамента образования № 922 от 17.12.2014 «О мерах по развитию дополнительного образования детей в 2014–2015 учебном году», абсурдность которого очевидна даже постороннему человеку. 
В приказе от руководителей образовательных комплексов требуют все того же 75-процентного охвата детей дополнительным образованием, но в рамках определенного стандарта. То есть, ориентированный на кружковую работу ребенок сможет посещать бесплатно только один школьный кружок вместо трех, а тех, кому это не надо (допустим, ребенок серьезно занимается спортом или музыкой в другом месте), будут загонять в кружки «из-под палки». Или заниматься приписками. При этом на разные возрастные группы и «уровни образования» закладывается строго определенное число часов и финансирование. Педагоги недоумевают: как можно втиснуть в эти нормы образовательный процесс? Ребенок, закончивший ознакомительный уровень в 6 лет, не сможет перейти на базовый, пока ему не исполнится 8. И что он будет делать эти два года? А углубленный уровень доступен только детям с 12 лет, при том, что в этом возрасте дети уже существенно больше загружены учебой. Кроме того, разные типы занятий требуют разной загруженности: нельзя всерьез тренировать ребенка, если на него отведено всего два часа в неделю, а без развития и достижений дети в спорте не останутся.
Несмотря на поставленную задачу увеличения охвата детей дополнительным образованием, Департамент образования Москвы своей политикой «выталкивает» значительную их часть в сферу платных услуг — только так педагоги могут следовать логике образовательного процесса. Дети неплатежеспособных родителей вынуждены будут покинуть любимые секции и студии и довольствоваться немногими часами занятий в малозатратных кружках. 2014-2015 учебный год учреждения дополнительного образования прожили в ситуации полного финансового хаоса, за который в любой момент могут поплатиться их руководители. 
Часть учреждений за последние полгода потеряли до половины сотрудников и детей: из-за снижения зарплаты, ухудшения условий труда, придирок со стороны руководства и полной неопределенности в будущем. Директора образовательных комплексов стараются избавляться от совместителей, которые портят им статистику по «средней зарплате». Но, очевидно, что нагрузка педагога дополнительного образования не может быть так же велика, как учителя: в кружки дети идут по выбору, группы, как правило, небольшие, и даже если в каждой школе образовательного комплекса есть по кружку «занимательной физики», то это совсем не те «часы», что у физика в школе. Учесть все эти тонкости руководителю комплекса сложно: если под его опекой три тысячи детей, то беспокоиться о каждом десятке невозможно. Проще избавиться от «неудобного» педагога.
Ситуация с детско-юношеским туризмом не лучше. Еще в советское время сложилась уникальная система «станций юного туриста», где дети занимались с педагогами, а в каникулярное время ходили в походы. За последние 20 лет число таких станций сократилось в 2,5 раза, а нормативные акты, принятые в последние годы, сделали крайне затратными организацию и проведение походов — чтобы вывести детей на природу, теперь нужно оформить 53 документа. В начале этого учебного года департамент образования Москвы начал внедрять систему «туроператорства» в сфере детского туризма, которая оказалась совершенно нерабочей.
Методические центры по организации дополнительного образования детей (ДООЦ), существовавшие в каждом округе столицы, практически уже уничтожены. В центрах, подчиненных Департаменту образования, работали педагоги самых разных видов деятельности, которые вели кружки, секции и творческие занятия как на базе школ, так и в помещениях центров. Этой весной все направления деятельности было решено «раскидать» между комитетом по спорту, комитетом по культуре и соцзащитой. Но многие из педагогов оказались этим структурам не нужны. И выход у бывших сотрудников ДООЦев один: искать школы, готовые заключить с ними договора об оказании платных услуг. Родители с 1 сентября вынуждены платить за ранее бесплатные секции и часть этой платы пойдет педагогам. Дети малообеспеченных родителей из системы дополнительного образования будут исключены.
Вот вам конкретный пример.
В Московском городском Дворце творчества на Воробьевых горах с этого года – нововведение. Шестилетним и семилетним детям отказано в бесплатных кружках. Программы, по которым еще в прошлом году занимались шести-семилетние дети, в этом году неожиданно для родителей стали доступными только с 8-ми лет. 
В группы по программам «Художественный мир» и «Изобразительное искусство», куда раньше записывали детей 6-10 лет, сейчас в правилах записи указан возраст от 8 лет. Вот что пишет одна мама: «Моему ребенку 1 ноября исполнится 8 лет. Уже 2 года он занимался в группе Свинцовой А.С., а теперь система отказывает ему в этой возможности (попытка записать ребенка была 18 июня 2015). Таким образом, под ударом оказываются даже не «новобранцы», не знакомые ни с педагогом, ни с программой. А именно дети, которые осознанно и долго занимаются у конкретного педагога, уже привыкшие к группе и следующие по конкретной программе...
Педагогам из учебной части Дворца в административно-командной форме пришли указания менять возрастные рамки в уже утвержденных с шести лет программ –  на основании Приказа Департамента образования г. Москвы №922, где указаны нормы финансирования программ дополнительного образования в соответствии с возрастом. Фактически, дошкольникам и первоклассникам – самым интересующимся, самым творческим и любознательным, будущим ученым и художникам – отказано в бесплатных кружках».
Впрочем, спешу успокоить москвичей. Вот что добавляет Андрей Орехов, папа одного малыша из Благовещенска: «Такие же проблемы и в Амурской области. У меня на спортивно-техническом кружке родители должны платить за детали моделей и за поездки детей на соревнования. А так как это дорого дети из малообеспеченных семей бросают кружок. Соответственно падает наполняемость кружка, которая нужна для отчета и является главным критерием оценки работы кружка чиновниками. Видно нашему государству технически образованные люди не нужны».
К сожалению, немного масла в огонь проблем системы дополнительного образования подлил и премьер-министр, заявивший на апрельском сего года совещании по развитию государственно-частного партнерства в сфере кружков и секций для детей, что возврата к советской системе дополнительного образования не будет, призвал использовать потенциал частного бизнеса в этой сфере. Он подчеркнул, что отечественная экономика изменилась, и в ней нет такого количества централизованных ресурсов. «Но у нас есть теперь предприниматели, которых в советский период не было. И часть этих предпринимателей занимаются не «голым чистоганом», что называются, а все-таки понимают, что деньги нужно вкладывать в будущее».
При этом глава правительства считает, что сейчас важно развивать разные проекты в сфере дополнительного образования. Так, по его словам, крупные детские центры могут появляться только в достаточно больших городах — «в деревнях этого делать никакого смысла нет, и денег никогда мы таких не наскребем». Однако в меньших масштабах детские проекты дополнительного образования должны развиваться и в районных центрах, подчеркнул Медведев.
К счастью, в некоторых регионах смотрят на проблему несколько иными глазами. Так, в селе Марково Благовещенского района Амурской области спортивный комплекс, построенный еще в 1990 г., совсем недавно вновь обрел статус детско-юношеской спортивной школы физической подготовки. 
Этот спортивный комплекс еще в 2001 г. получил статус детско-юношеской спортивной школы физической подготовки. Тогда в спортивной школе были организованы секции по пяти видам спорта с количеством учащихся порядка 120 человек. Однако в 2013 году ДЮСШ была реорганизована путем присоединения к ней учреждения дополнительного образования Центра детского творчества. Союз двух ранее отдельных учреждений стал  муниципальным бюджетным учреждением дополнительного образования Детским центром Благовещенского района, осуществлявшим  реализацию образовательных программ разной направленности. Однако, несмотря на объединение. Учреждение по-прежнему имело физкультурно-спортивный уклон с прежней материально-технической базой и квалифицированным тренерско-преподавательским составом. Поэтому было принято решение провести анализ деятельности учреждения, на основании которого учредителем было принято решение переименовать детский центр Благовещенского района в уже привычную районную детско-юношескую спортивную школу в которой сейчас занимаются почти 400 воспитанников. 
С другой стороны, я вполне согласен с Медведевым в том смысле, что значительную часть полномочий по развитию программ дополнительного образования нужно передавать в регионы, ибо только на местах могут знать потребности юных жителей в тех или иных кружках, секциях и т.п. Так, на том же апрельском совещании по развитию дополнительного образования, проходившем на площадке детского центра «Мастерславль», премьер-министр подчеркнул, что занятие в кружках, секциях и других организациях допобразования должно стать более доступным.
 «По понятным причинам мы сегодня, естественно, видим развитие такого рода дополнительного образования в формате государственно-частного партнерства. Одно государство с этим не справится, но и частники сами по всей вероятности тоже с этим никогда не справятся, потому что это в основном такие — вполне благотворительные — инвестиции. То есть  здесь должен быть симбиоз, синтез усилий государства и частного бизнеса, усилий всех, кто считает дополнительное образование исключительно важным и полезным».
Мне, конечно, могут сказать: что ж ты все критикуешь, неужели у нас нет никакого конструктива. К счастью, конечно же, есть. О чем-то я уже сказал. О другом скажу более подробно.
У нас сейчас в образовании модным стало слово «сеть», сетевое образование, сетевое воспитание. Сетевое взаимодействие – это система связей, позволяющих разрабатывать и предлагать педагогическому сообществу инновационные модели содержания образования и управления. И я думаю, что мы движемся в правильном направлении. Сетевые программы, на мой взгляд, вполне способны помочь в сохранении уникальных методик, выработанных за десятилетия в системе дополнительного образования детей. Для этого школам следует заключать договоры с центрами допобразования на проведение открытых уроков.
Так, например, в Красноярске на уроки ОБЖ красноярские школьники приходят в Центр туризма и краеведения, где их учат оказанию первой медицинской помощи, другим полезным навыкам. Тем более, что в центре для этого есть специальное оборудование, обучающие методики, опытные инструкторы. И это раздвигает классно-урочную систему и улучшает качество образования.
 В Москве тоже есть свои уникальные методики сетевого взаимодействия систем общего и дополнительного образования.  Так, например, Ефим Рачевский, народный учитель России, директор центра образования №548 «Царицыно» угрозы дополнительному образованию не видит. По его словам, в столице целый ряд учреждений дополнительного образования просто укрупняется, но это нисколько не вредит качеству и доступности обучения в них.
С другой стороны, член Общественной палаты, председатель Комиссии по развитию науки и образования Любовь Духанина отмечает, что к ним «поступает много обращений жителей с мест о том, что в некоторых регионах учреждения допобразования закрывают, в некоторых происходит слияние школ и учреждений допобразования, что не всегда позволяет сохранить уникальность центров для внешкольных занятий. Мы сталкиваемся с фактами, когда при таком слиянии бесплатное дополнительное образование доступно только тем школьникам, с чьей школой это учреждение объединили». «Школа не обустроена для того, чтобы там могло в нужной степени развиваться такое образование. Учителя-предметники смотрят на педагогов дополнительного образования, как на вспомогательный персонал. А ведь в учреждениях допобразования работают высококлассные специалисты, знатоки своего дела, мастера. Они получают педагогическое образование как второе, через повышение квалификации. Это инженеры, кораблестроители. Конечно, вести кружки в школах они не пойдут», — считает она.
В целом , такие укрупнения можно назвать положительным примером создания мощного образовательного кластера. Хотя уже назрела необходимость контроля за оптимизацией учреждений допобразования в регионах, чтобы не допустить их немотивированного сокращения. 
Такие примеры немотивированных закрытий учреждений  допобразования под видом оптимизации расходов бюджета мы видим в Москве, Волгоградской, псковской областях и целом ряде других регионов.
Об этом же говорили на круглом столе, проходившем 22 сентября с.г. в Общественной палате и представители министерств, в ведении которых имеются учреждения дополнительного образования. Так, заместитель директора Департамента государственной политики в сфере воспитания детей и молодежи Минобрнауки России Софья Мозглякова отметила, что регионы сильно отличаются в понимании аспектов оптимизации образовательных учреждений, заявив: «Мониторинг сокращения учреждений допобразования показывает, что не все регионы правильно понимают цели и задачи оптимизации. Мы всегда открыты для консультации, наши коллеги всегда готовы подсказать, разъяснить, помочь, в том числе частным организациям, разобраться в процедуре лицензирования». Ее поддержал и заместитель директора Департамента науки и образования Министерства спорта РФ Константин Вырупаев подчеркнул недопустимость сокращения программ допобразования: «Министром спорта Виталием Мутко подписан приказ, который обязывает регионы контролировать ход оптимизации учреждений допобразования и высылать отчет о результатах работы. Все случаи немотивированного сокращения рассматриваются в ведомстве».
В качестве положительного примера хочется привести Черемховский район Иркутской области, где в рамках Программы «Оптимизация сети образовательных учреждений Черемховского района» (2008-2014гг.) создали пять инновационных образовательных учреждений на базе средних (полных) общеобразовательных школ-победителей Приоритетного национального проекта «Образование» с целью сетевого взаимодействия со школами-реципиентами. На всех 5 моделях я останавливаться не буду, рассмотрю лишь, на мой взгляд, наиболее интересные.
Модель «Магнитная  (опорная) школа» - в качестве этих самых   магнитов и были выбраны школы-победители ПНПО.
Цель данной модели: обеспечить повышение доступности и качества образовательных услуг для сельских жителей не только в своих сёлах,  но и на территориях, которые обслуживаются близлежащими ОУ.
Модель « Базовая школа с сетью филиалов.
Модель предполагает выделение территории, в рамках которой осуществляется управление ОУ
- МОУ СОШ села Парфёново +3 МОУ НОШ +1МДОУ;
- МОУ СОШ села Саянское +1 МОУ ООШ +1 МОУ НОШ +2 МДОУ;
- МОУ СОШ села Рысево+ 3 МОУ НОШ + 2МДОУ;
- МОУ СОШ села Лохово+ 3 МОУ НОШ +3 МДОУ;
- МОУ СОШ села Бельск +1 МОУ НОШ +2 МДОУ
Приоритетными направлениями в условиях данного сетевого взаимодействия являются:
обновление содержания образования-составление дорожных карт;
опытно-экспериментальная работа;
предшкольное образование;
освоение современных педагогических технологий;
допрофессиональная подготовка;
создание единого информационно- образовательного пространства
При этом у каждой из этих опорных или базовых школ свои задачи, свои направления деятельности, свои мероприятия. Где-то проводятся единые педсоветы, мастер-классы, обучающие семинары, созданы и работают проблемные группы педагогов; кто-то специализируется на УКП  для обучающихся школ-реципиентов, формируются кадетские классы; в иных практикуется совместительство учителей-предметников (информатика, иностранный язык, физическая культура, технология), проводятся смотры-конкурсы учебных кабинетов и т.д. При этом расширено пространство профессионального общения: проводятся общие педсоветы, семинары, праздники и мероприятия; происходит развитие процессов, направленных на системную структурно-содержательную рекструктуризацию деятельности школы.
Это все плюсы оптимизации.
Правда, сами же черемховцы ответили и проблемы в уже действующей на территории района сети. Думается, что не только в этом районе, но и в других регионах можно выявить те же самые проблемы, поэтому стоит их перечислить. Так, они отмечают: 
неспособность единиц сети к  интеграции, недостаток ресурсов;
закрытость для детей вне зоны проживания;
проблемы малокомплектности сельских школ; малой наполняемости классов, отсутствия параллелей, многопредметности в работе учителя: наполняемость классов до начала работы по программе была в городских школах - 17,7 чел., в сельских- 11,1
проблема неадаптированности школьной сельской системы образования к образовательным запросам обучающихся и их родителей. В большинстве школ не реализуются в полной степени принцип вариативности образования;
проблемы низкого уровня квалификации педагогических кадров в сельской местности и, как следствие, низкого качества обученности школьников, недостаточной компьютеризации начальных школ;
демографическая проблема; так, если в 1997-1998 учебном году численность обучающихся в общеобразовательных учреждениях района составляла 6500 человек, то в 2009-2010 учебном году –  3768 человек (снижение составило  42%).
Несколько раньше я уже упоминал о том, что месяц с небольшим назад, 22 сентября в Общественной палате состоялся круглый стол, на котором обсуждались перспективы развития дополнительного образования. И в одном из выступлений прозвучала мысль о необходимости упрощения лицензирования учреждений дополнительного образования, обеспечения равного доступа к бюджетному ассигнованию и разработка методических рекомендаций для частных организаций, вкладывающих деньги в программы по дополнительному образованию детей. Это вот то самое государственно-частное партнерство, о котором говорил в своем выступлении Медведев.
Если это произойдет, благодаря или вопреки процессу оптимизации, система дополнительного образования в нашей стране, готовящаяся вскоре отметить свой 100летний юбилей, не только не умрет, но получит новые благотворные импульсы в своем развитии.
На этой оптимистической ноте позвольте мне и закончить.   
 
linkchecking powered by Union Development

Комментарии   

 
0 #1 Горный край 02.11.2017 18:05
Все эксперименты к добру что-то ещё не привели. Нужно сохранить существующую систему и не мудрить, не выплеснуть дитя вместе с водой.
Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Контакты

Наши координаты:

тел/факс  8 (495) 104 96 05
Россия, г.Москва
ул. ул. Ивовая, 2. ООО "Вилена"
E-mail: info@dop-obrazovanie.com

Подробнее...

Реквизиты

 

ООО «ВИЛЕНА»

Юр. адрес: 129085, г. Москва, ул. Б. Марьинская, д.7, кор. 1

Фактический адрес: 129329, г. Москва, ул. Ивовая, д. 2

ИНН 9717022981  КПП 771701001

ОГРН 1167746388028  

р/с 40702810400000051555 в ПАО "ПРОМСВЯЗЬ­БАНК" Г. МОСКВА
к/с 30101810400000000555
БИК 044525555
ОКПО 02018145